Как вам живется этой солнечной морозной зимой? :) Нам - очень хорошо! Правда настроение совсем не рабочее, так и хочется убежать на горку или на каток, поэтому ничего особенного пока не происходит. Но мы думаем, что это затишье перед бурей!
И пока мы катаемся на санках, предлагаем поиграть в очередную угадайку. Она приурочена к долгожданному переизданию книги "Правила жизни. 100 лучших интервью из журнала Esquire". Нужно угадать, кому принадлежит цитата. Только чур не подсматривать в гугл! Хотя можно подсматривать, но самому угадывать, несомненно, интереснее :)


1) Кто-то притопывает ногой, кто-то прищелкивает пальцами, а кто-то покачивается туда-сюда. Я просто взял да и стал делать все это сразу.

2) История с моей книгой многому меня научила. Я узнал, как сильно люди умеют ненавидеть. Но узнал и другое: насколько велика их способность к дружбе и солидарности. Моему норвежскому издателю трижды выстрелили в спину, и он выжил только благодаря своему крепкому здоровью: когда-то он был членом норвежской сборной по лыжам. И, едва оправившись от ранений, он переиздал книгу.

3) Удивительно, что я снимаю кино. Я родился не в том месте, не в той семье и не в тот момент, чтобы делать фильмы. Это как если бы я мечтал стать тореадором, родившись в Японии.

4) У меня была жена и двое маленьких сыновей. Я работал пиар-менеджером и редактировал киносценарии. Но чтобы написать книгу, нужно было отказаться от работы. Я заложил машину и отдал деньги Мерседес. Каждый день она так или иначе добывала мне бумагу, сигареты, все, что необходимо за работой. Когда книга была кончена, оказалось, что мы должны мяснику 5000 песо — огромные деньги. По округе пошел слух, что я пишу очень важную книгу, и все лавочники хотели принять участие. Чтобы послать текст издателю, необходимо было 160 песо, а оставалось только 80. Тогда я заложил миксер и фен Мерседес. Узнав об этом, она сказала: «Не хватало только, чтобы роман оказался плохим».

5) Мой дом не является неприступной крепостью, как о нем любят говорить некоторые журналисты. Это просто старый бревенчатый дом. Единственное, что действительно делает его неприступным, — моя репутация. Когда люди знают, что здесь их могут пристрелить, они будут держаться подальше.

6) Когда я работал в видеомагазине, я слышал, как родители ругали детей за то, что те все время брали то кино, которое они уже видели и любят. Ребенок ведь как думает: «Зачем брать неизвестно что? Возьму-ка снова эту кассету». Вот и у меня психология ребенка — мне нравится такой подход.

7) Оставьте почести сенаторам и ученым. А на моем могильном камне напишите: «Говорил же вам: я болен».

8) Единственный писатель, с которым я чувствую родство, это Кафка. Я в него действительно врубаюсь. Если бы он написал детективный сценарий, я бы охотно снял по нему кино.

9) Мой речевой синтезатор говорит с американским акцентом. Я давно понял, что американский и скандинавский акценты лучше всего заводят женщин.

10) Я фонтан крови. В виде девушки.

11) Ненавижу аэропорты с их обшариванием карманов. Это похоже на образ будущего. Кажется, проснешься однажды и увидишь перед собой один огромный аэропорт. Как в фильме «Бразилия», где либо ты наблюдаешь, либо за тобой.

12) Вы, наверное, думаете, что быть рок-идолом, женатым на супермодели – это лучшее, что может произойти в этой жизни? В принципе, так оно и есть.

13) Актеры работают со мной, только если у них перерыв между более соблазнительными проектами. Если я звоню актеру и примерно в то же время ему звонит Стивен Спилберг или Мартин Скорсезе, то он и не подумает идти ко мне. Но если он только что закончил картину, получил свои десять миллионов долларов и до августа ему совершенно нечего делать, а я позвонил в июне, так почему бы и не согласиться?

14) Что такое Вселенная? Это большой театр. А театру нужна публика. Мы — публика. Жизнь на Земле создана затем, чтобы свидетельствовать и наслаждаться спектаклем. Вот зачем мы здесь. А если вам не нравится пьеса — выметайтесь к черту!

15) Слышал ли я хлопок одной ладони? Много раз в детстве, когда мама шлепала меня по попке. Я думаю, что поэтому и стал буддистом.